Королевство сказок

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Королевство сказок » Песни дальних странствий » «А дом-то, оказывается, сумасшедший!»


«А дом-то, оказывается, сумасшедший!»

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Название эпизода:
«А дом-то, оказывается, сумасшедший!»

Действующие лица:
Кай, Рапунцель

Краткое описание:
После долгих часов скитаний по глухому лесу Кай оказывается около высокой башни, забытой не только живыми существами, но и, кажется, самой сказкой. Чего ожидать внутри ее стен? Будет ли чудовище, охраняющее свои владения, столь свирепо, будет ли принцесса, ожидающая спасения, столь одинока и желанна, как то заведено в завершенных историях? Или нет там ничего, кроме мрака, тишины и сырости…
Рапунцель не любит гостей, особенно когда они незваные. На ее территории для добрых путников и злых по обыкновению припасен один сценарий.

0

2

Путь его был невыносимо долог и опасен. Последние часы Кай плутал едва ли не в трех соснах, снова и снова натыкаясь на свои же следы. Он знатно продрог и силы явно его оставляли. Вчера вечером, устраивая неуютную постель на сырой земле, он еще слышал над ухом хриплое фырканье коня, а на утро того уже не было рядом. Бедный юноша, который почти валился с ног от голода и холода, проклинал все на свете, когда перед ним показалось смутное в утреннем тумане очертание башни. Недолго думая, Кай приложил все оставшиеся в нем силы к тому, чтобы как можно скорее подобраться поближе. Времени на это ушло куда больше, чем хотелось бы, но, в конце концов, он тяжело привалился к холодному шершавому камню.
- Но где же…
Его не хватило даже на то, чтобы закончить вопрос. Взгляд блуждал в поисках двери или окна, но башня была круглая и не имела ни единого входа. «Да как такое возможно? Зачем она вообще здесь нужна посреди леса?». Чем более очевидным становился факт невозможности проникновения внутрь, тем больше Кай сердился на тех, кто поставил среди леса неприступную башню. И лишь когда он, в пятый раз обходя ее кругом, присматривался к самому ее верху, он заметил маленькое окошко. Оно было на такой невероятной высоте, что даже верхушки самых высоких деревьев и вполовину не подступали к нему. Юноша раздосадованно стукнул кулаком по стене и, привалившись к ней спиной, в отчаянии сполз вниз.
Последующие полчаса у несостоявшегося принца ушли на сокрушения по поводу тягот жизни и осознание того, что сидя ровно на том месте, где ноги благополучно теряют свое гордое имя, ничего не решишь. Он поднялся и попробовал докричаться до обитателей башни, представляя, что они все-таки там есть. Ответом ему была полная тишина. Звучал лишь лес, то вскрикивая совой, то шурша лисьими шагами в давно облетевших кустах. «Быть может, и нет никого в этой башне?» В отчаянии Кай попытался, опираясь на выступающие камни, забраться своими силами. Конечно, это была глупая мысль. Даже учитывая то, что немного ему продвинуться удалось, оказаться на такой высоте без значительных выступов было невозможно. Слезть обратно аккуратно не получилось, но когда он падал, инстинктивно пытаясь зацепиться  хоть за что-то, рука его ощутила нечто… Что-то такое… «Что это?». Быстро поднявшись с земли, он кинулся к стене и буквально оторвал от нее… «Веревку?». Прямо из окна спускалась довольно толстая, но очень старая и ненадежная на вид веревка. Грязная, затертая и промокшая, она под слоем мха и снега уже буквально приросла к стене. «Должно быть, по ней-то и нужно забираться…». Кай неуверенно подергал веревку, и к его большому удивлению она не свалилась вниз. На первый взгляд она была довольно крепко прикреплена к чему-то наверху. Мелькнул довод здравого смысла о том, что это может быть опасно, но какой может быт здравый смысл, когда вокруг тебя непроходимый лес, а тут единственный путь к возможному спасению? Он осторожно взялся за веревку повыше, подтянулся и уперся ногами в стену. По крайней мере, он в самом низу, тут хотя бы падать не высоко. Но никто и не думал его сбрасывать, и веревка выдерживала его вес. Он сделал несколько несмелых шагов повыше, то и дело оглядываясь. Ничего…

…«Не смотри назад. Просто не смотри назад. Осталось совсем немного».  Вот оно – заветное окно. Такое же маленькое, каким и казалось снизу. Крепко вцепившись замерзшими пальцами в подоконник, Кай сделал последний рывок и тяжело перевалился внутрь. Растянувшись на полу, он закрыл глаза и старался выровнять дыхание. Все. Теперь можно жить дальше.

+1

3

Но башня была несколько иного мнения на счет того, можно ли все-таки жить дальше. Вернее, та единственная живая душа, помимо усталого путника, которая в этих стенах находилась. Находилась настолько, как ей казалось, долго, что сочла вполне возможным (и даже нужным, а еще лучше – крайне необходимым) принимать себя вместе с башней за единое целое.
Вокруг царила мертвая тишина, пахло сыростью. За незваным гостем из-за укрытия, представляющегося в виде огромного чугунного сундука, пытливо и неотрывно наблюдали два широко раскрытых голубых глаза.
У башни были уши. Эти уши прекрасно слышали, как кто-то тщетно пытался до них докричаться. Уши даже слушали. Ах, какой же редкостью для них являлись человеческие голоса и человеческая речь!
Когда же голос Кая впервые донесся до той, что сидела в этой башне, она нервно вздрогнула и пугливо огляделась по сторонам, будто бы искала источник шума уже внутри, но не снаружи. Принцесса отбросила в сторону гребень и бесшумно подкралась на босых ногах к окну. Впрочем, вниз она не взглянула. Прикусив ногти вместе с подушечками пальцев, она ринулась от окна к лестнице, ведущей вниз, но, начав уже спускаться, резко развернулась и вернулась обратно. Снова подкралась к окну и снова от него отпрянула. 
В белокурой головке начал вертеться рой бессвязных и в большинстве своем не относящихся к делу мыслей. Рапунцель бесцельно прошагала периметр, что называется, своих покоев, приподнимая рваный подол изумрудного платья каждый раз, когда на пути встрачалось препятствие (опрокинутый кубок, ларец, гребень, и снова кубок, завалившийся набок надломанный табурет…). Остановилась прямо возле стены и прошагала обратно.
За то время, что незваный гость поднимался наверх, Рапунцель могла выполнить массу действий: найти нож, перерезать веревку; найти нож и убежать вниз в непроглядную (а, значит, безопасную) тьму; найти нож, перерезать веревку и убежать вниз…ну, вы поняли. Но ничего из перечисленного она так и не сделала и, когда «незванец» оказался совсем близко, принцесса не нашла ничего умнее, кроме как спрятаться за чугунный сундук.   
Рапунцель почти не дышала. Рапунцель почти не шевелилась. Намотав на локоть правой руки свои длинные запутанные космы, она прижала их плотно к себе. Другой рукой то и дело в неком неосознанном целомудрии натягивала на плечо то и дело сползающий рукав.
Пока «незванец» окончательно не пришел в себя после долгого и сложного подъема, она все-таки сумела догадаться, что ее укрытие слишком уж ненадежно. Особенно для тех, кто действительно хочет спрятаться. Рапунцель же действительно хотела. Как трусливый хищный зверек, она не решалась нападать на потенциальную угрозу (или жертву?), когда не была уверена, что до самого конца не будет замечена.
Подобрав подол платья, она плотно поджала губы, аккуратно выглянула из укрытия и, не теряя более времени, бесшумно и быстро шмыгнула к лестнице, моментально скрывшись во тьме.
Внизу когда-то дано располагалась комната старухи Готель и кухня. Теперь там была только кухня. Помещение тускло освещали два факела, но для Рапунцель этого было достаточно. Она схватила со стола тупой и ржавый нож и, спрятав его за спиной, сама забилась в темный угол между ветхим деревянным столом и шкафом.

+3

4

Наверное, Кай пролежал бы так еще очень и очень долго, а то и вовсе уснул, но кое-что его смутило. Пока он наслаждался ощущением незыблемой твердости пола под собой, чье присутствие обещало хоть какую-то безопасность, а так же теплом, где-то совсем рядом послышалось шуршание. Подскочив от неожиданности, он успел заметить мельком что-то зеленое и довольно большое. Топающие вниз шаги свидетельствовали о том, что это не игра воображения от сильного переутомления. В башне кто-то был. И этот кто-то почему-то не захотел с ним знакомиться.
Поднявшись с пола, юноша оглядел помещение. Странности начались именно с этой минуты. Комната была чем-то похожа на девичьи покои, но так отдаленно, что с полной уверенностью нельзя было утверждать не только это, а и вообще что либо о ее принадлежности. Складывалось впечатление, что тут не жили уже пару сотен лет, но перед уходом устроили знатный погром. Гребни, торчащие из опрокинутого ларца обрывки некогда розового платья, одиноко свисающая с люстры туфля… Да, здесь когда-то определенно обитала барышня. Размышляя об этом, Кай ходил по комнате и пытался определить, насколько давно здесь кто-то проживал. Пыль в некоторых местах лежала толстым слоем, а кое-где ее вообще не было. Он обратил свой взор к маленькому круглому столику в углу у окна. На нем лежало что-то похожее на раскрытую книгу, которая при близком рассмотрении оказалась альбомом с очень сомнительного свойства художествами, над большинством из которых приличному человеку не стоило бы даже задумываться. Но больше всего юношу поразила другая находка. На изящном, но изрядно побитом трюмо находились шпильки для волос, воткнутые  в маленькую некогда белую подушечку, на которой темнели пятна… крови.
Путаясь в смутных догадках, Кай подумал, что экскурсию дальше лучше не проводить. Он решил спуститься вниз и посмотреть, кто же от него прячется. Пока что он остановился на мысли о том, что это либо какие-нибудь лесные разбойники, устроившие тут себе укрытие, либо воры, решившие узнать, есть ли чем поживиться в этой башне. В любом случае, их побег в укрытие мог означать только одно: на него хотят напасть прежде, чем он нападет на них. Поэтому, спускаясь по ступеням вниз в непроглядной тьме, Кай придумывал план примирения.
Внизу показался большой коридорчик и две двери, расположенные друг напротив друга. Одна была заперта, другая распахнута. В комнате за этой дверью горел тусклый свет. Очутившись в коридоре, юноша замер и прислушался. Тишина была непроницаемой. Он двинулся вперед, стараясь ступать бесшумно и время от времени оглядываясь назад. Честно говоря, он вовсе не был уверен в том, что кто-нибудь из обитателей башни (а их могло быть много) не спрятался в комнате и не идет теперь за ним по пятам.
Благополучно миновав коридор, Кай вошел в маленькую комнату, которая, судя по всему, служила кухней. Она была так же мало привлекательна, как и спальня, но здесь было гораздо теплее и не так сыро.
– Есть тут кто-нибудь? – осторожно вопросил Кай, обращаясь к шкафу с болтающейся дверцей напротив. Он сам удивился, каким сдавленным был его голос. Взгляд заскользил по комнате, отыскивая хоть какие-то признаки жизни. Ничего. Он медленно обошел кругом массивный дубовый стол и прошелся вдоль многочисленных шкафов, напряженно и настороженно оглядываясь, и вдруг взгляд его зацепился за что-то зеленое. Внизу.
От неожиданности он отпрыгнул к столу, потому что то, что предстало его взору, он ожидал увидеть меньше всего. Это была девушка. Вернее будет сказать: когда-то это была девушка. Теперь это было то, что осталось от девушки, и к этому нечто прилагались длинные-предлинные спутанные космы и огромные глаза, выражение которых настораживало больше всего. Появилось твердое ощущение, что в глазах этих нет ни капли осмысленности и понимания происходящего. Ужасный вид того, что принято считать платьем, создавал впечатление, что барышня потерпела кораблекрушение много лет назад, и с тех пор не переодевалась. «Да и не оправилась с тех пор» -  услужливо подсказал внутренний голос, когда Кай еще раз окинул девушку оценивающим взглядом. Он хотел было что-то сказать, но не знал, с чего начать и как к ней обратиться.
– Здравствуй… – неуверенно начал он, но, встретившись с ней взглядом, осекся. – Я…

+2

5

Если бы она умела, то наверняка бы считала шаги, эхом доносившиеся до нее с лестницы. При каждом новом звуке она вжималась в стену все сильнее, будто бы намеревалась с нею слиться, а то и вовсе пройти сквозь нее.
Сказать однозначно, испытывала ли Рапунцель при всем при этом страх, с точностью никак нельзя. Но весьма определенно, «незванец» был гостем для нее нежеланным. Потому что в башню она его звала не сама. Потому что от «незванцев» она привыкла ожидать одни беды.
Когда по полу растянулась чужая тень, принцесса вытянула шею, но едва завидев фигуру, что ее отбрасывала, сразу же втянула обратно.
Рапунцель зажмурилась с детской уверенностью существования лишь того, что мы видим. Но звуки не утихли. Когда же она вновь открыла глаза, их взгляды встретились. Она смотрела на «незванца» так, будто бы видела живого человека первый раз в жизни. Принцесса стояла по-прежнему забившись в угол, не шевелясь, даже не моргая, что могло сложиться впечатление: она вовсе не живая, а фигура из воска. Усиливала это впечатление незатейливая игра пламени, перебрасывающая тени и блики с ее мраморно-бледной кожи.
С несколько долгих, тянущихся секунд она еще глядела на Кая. Худые узловатые пальцы крепче сжали деревянную рукоятку ржавого ножа. В голове, тем временем, крутилось «любопытно» и «не опасно». А еще он не был похож на всех тех, кого до этого ноги приносили к ее башне.
Принцесса поджала губы в узкую полоску и склонила голову набок, слегка прищурившись.  Еще немного, и она выступила бы из угла; еще немного, и она с интересом начала бы разглядывать «незванца», такого интересного и чудного. Еще немного, и все было бы хорошо. Но лишь при одном условии: если бы Кай молчал. Первый же звук, сорвавшийся с его губ, был воспринят принцессой вовсе не так, как должен был. Она выкрикнула что-то нечленораздельное, и ударила его дверцей шкафа, за которым до этого пряталась, а сама тут же выскочила из-за угла. Все прежде выражавшееся на ее лице сменилось враждебностью. Рапунцель приоткрыла было губы, но так и замерла, будто бы позабыла все слова, которые хотела произнести. Вместо слов в сторону Кая полетело все, что находилось на столе: сгнивший картофель, куски разбитой глиняной посуды, маленькие черепа мертвых грызунов. Ржавый нож она до сих пор держала за спиной и хранила, очевидно, как последний аргумент. Когда стол совершенно опустел, она посмотрела на шероховатую поверхность будто на последнего предателя, перевела взор снова на «незванца»… и разрыдалась. Снова отступив к стене, но в этот раз уже к другой, она жалобно поинтересовалась:
- Что надо?

0

6

Неуверенное предложение знакомства было вбито обратно неслабым ударом дверцей шкафа по лицу. Схватившись за нос, северный принц согнулся в три погибели и что-то осуждающе проскулил, чувствуя, как заплясали искры света перед глазами. Но резкая боль была забыта, как только сознание юноши с опозданием обмыслило тот звук, который издала хозяйка башни. Это был очень ненормальный звук. Как и все, что происходило дальше. Во-первых, такова уж Сказка, что все мало-мальски значимые персоны друг друга знают. А Рапунцель-то была довольно значимой персоной. Кай знал ее сказку в общих чертах, но сейчас угадывал принцессу только по длинным волосам. Все, что предстало его взору, было похоже на неадекватный и совершенно ужасный сон. Во-вторых, заметив, что она открыла было рот, он уже хотел вздохнуть (отчасти с облегчением), но не тут то было.
С трудом уворачиваясь от внезапной атаки, юноша, совершенно не подозревающий, что принцессе милее молчание, пытался оправдаться в ее глазах и объяснить, что он не собирается причинять ей вред. В конце концов, он совершенно обессилел. Женские слезы были для него той жизненной ситуацией, в которой он становился абсолютно безоружен. А в свете текущих событий так и вовсе непонятно было, что делать. Он подумал, что стоит, наверное, подойти и успокоить барышню, но она, несмотря на свой хрупкий вид, не внушала доверия. И довольно неожиданным и решающим фактором явился ее голос. Кай остался на месте, осторожно вглядываясь и улавливая каждое движение Рапунцель.
- Я… Видишь ли… - начал он, невольно делая пару шагов назад и убеждаясь, что поблизости нет шкафов с дверцами, которые могли бы показаться принцессе соблазнительными. – Я заблудился в лесу и искал укрытие… Ночлег…
Голос его то приобретал все большую уверенность, то снова сходил на нет. Вид девушки был, стоило признать, немного безумен, а поведение и вовсе озадачивало и лишало даже малейшей возможности предугадать, что будет дальше. Взгляд голубых глаз смотрел куда-то пониже лица собеседницы. Он замер где-то на уровне талии. Каю последние пару минут начало казаться странным, что одна рука девушки все время держится за спиной.
- Пожалуйста, не нужно плакать… Я не хотел напугать тебя.
Нерешительность подрагивала в нем, слабо трепетала, пока он переминался с ноги на ногу. И все-таки он решился на этот шаг. Возможно, это было самое ошибочное решение в его жизни. Возможно, совсем наоборот. И тем не менее… Он неуверенно вытянул вперед руку, как будто протягивал ее для рукопожатия (при нормальных обстоятельствах он именно так бы и поступил, но о нормальности речь уже давно не шла). Он сделал два медленных шага по направлению к девушке.
- Меня зовут Кай, - он улыбнулся, стараясь вложить в эту улыбку как можно больше доброты и дружеского участия, но от волнения выходила гримаса, на которую было страшно смотреть. – А ты…

+1

7

Слезы исчезли с ее лица, будто бы их и вовсе не было. Рапунцель замолчала и даже как-то выпрямилась, расправила плечи и вытянула шею. Взгляд будто бы и осмыслился. Если бы не рваное платье, спутанные волосы, концы которых достигали ног Кая, босые ступни и чумазое лицо, возможно, она и стала бы по-прежнему похожа на принцессу.  Рука с ножом все еще оставалась за спиной. Она долго и серьезно смотрела в глаза «незванцу», затем переключила свое внимание на протянутую бледную ладонь. И снова в глаза, и снова на ладонь.
- Я – это я, - произнесла Рапунцель тоном, словно ее спросили самую глупую вещь на свете. Она не стала в ответ протягивать руку, поскольку искренне не понимала, зачем «незванец» ее вообще протянул. Он хочет отнять нож? Принцесса сделала маленький шажок назад, но сразу же вернулась на исходную позицию и запрокинула голову, заливаясь звонким смехом. Смех этот, пленник голых каменных стен, потом еще долго блуждал в тщетных поисках свободы. Было в нем много злобы, и чистого безумства, и искреннего веселья. Замолкла Рапунцель так же внезапно, и, будто бы в намерении поставить для чего-то жирную точку, с размаху вонзила до сих пор тщательно оберегаемый нож в деревянную столешницу. Силы в этом маленьком тельце оказалось куда больше, чем можно было себе вообразить. Затем она резко схватила «незванца» за запястье и так же резко дернула его на себя. Сделав при этом проворный шаг в сторону, она оказалась за спиной у юноши и подтолкнула его в сторону двери.
- Ночлег! Ночлег! А Кай будет спать под подушкой у Готель…Тетушка Готель! – весело воскликнула она, но ответом ей было все то же передразнивающее эхо. Но ее это совсем не волновало. Возможно, больное воображение ей как раз что-нибудь да ответило.
Рапунцель буквально вытолкала Кая в коридор, при всем при этом успев прихватить в собой один из освещающих кухню факелов, не запутаться в собственных волосах, коими пол под ногами был буквально устелен и не без усилий отодвинуть (не открыть – отодвинуть) дверь в комнату, располагающейся напротив кухни.
Продолжая действовать стремительно и порывисто, принцесса всучила Каю факел, едва не опалив его белокурые волосы и, толкнув его в необъятную тьму, задвинула обратно дверь. Придерживая ее одной рукой, повиснув на ручке всем своим телом, другой она ловко отрыла в глубоких карманах платья медный ключ и вставила его в замочную скважину. Один поворот, щелчок, и дверь была заперта.
- Тетушка Готель позаботится о Кае! – крикнула она, прислонившись левой щекой к двери. Если она когда-то и знала, что старуха померла, то давно об этом забыла. Опустившись на пол, она любовно собрала все свои локоны, попытавшись расчесать их пятерней. Но совсем скоро забросив это дело, Рапунцель начала напевать колыбельную на удивление чистым и мелодичным голосом. Сначала совсем тихо, себе под нос. Но с каждым словом песня становилась все громче. Принцесса пела Каю. Пела, будто бы ребенку, которого нужно было усыпить или хотя бы утешить. О чем-то далеком как звезды, о чем-то невесомом как сон. О чем-то, чего она сама была не в состоянии понять. Потому что некогда ей этого не объяснили.

+1

8

Простое обращение вызвало такие неожиданные перемены, что Кай не просто начал жалеть, что затеял беседу, а вообще о том, что вздумал залезть в эту башню. Что-то внутри подсказывало ему, что наедине со стаей голодных волков где-нибудь морозной ночью было бы куда как спокойнее.
- Да… - начал было юноша, имея намерение объяснить свою мысль, но девушка залилась смехом, от которого ему стало совсем не по себе. Он тоже сделал шаг в сторону от нее и нахмурился, не то озадаченно, не то взволнованно. Весь вид принцессы, ее слова и действия, выражение ее лица, наконец – все говорило о том, что некоторое время назад (а определить точное количество пока представлялось сложным) рассудок ее покинул. Не то чтобы Кай когда-нибудь боялся хрупких девушек, но в этот самый момент он уже прикидывал расстояние от окошка башни до земли и последствия такого действия, например, как прыжок. Но судьба распорядилась иначе.
Резкий звук ножа, ударившего в стол, рывком вывел его из задумчивости. Юноша почувствовал, как от этого зрелища сердце подскочило к самому горлу. «Она совсем безумна…» Расстояние от окошка до земли вдруг показалось не таким уж и большим. Да чего там вообще, он ведь так быстро сюда забрался. А туда еще быстрее спустится!
- Нет, стой, подожди! Какая тетушка?...
Невольно поддаваясь толчкам по пути в неизвестность, Кай успокаивал себя лишь тем, что они удаляются от ножа. Сладить с безоружной девушкой все-таки еще как-то можно, думал он. Но, думая об этом, он недооценивал возможности девушки, с которой имел дело. Слишком поздно он понял, что главным ее оружием был вовсе не нож. Внезапность! Еще минуту назад она рыдала, потом принялась хохотать, а теперь и вовсе размахивала огнем так, будто изгоняла тем самым злых духов. И отвлекшись на спасение собственной головы от жаркого пламени, Кай замешкался, совершая тем самым роковую ошибку. Пальцы его слишком поздно вцепились в дверной косяк, и спасибо, что он вовремя сообразил отдернуть их. Судя по стремительности действий хозяйки башни, она и бровью бы не повела, если бы эти самые пальцы вовсе отвалились на пол. Еще, чего доброго, принялась бы играть в них или приготовила на ужин.
Предаваясь этим мрачным мыслям, Кай приложился ухом к двери и прислушался. Он с большим опозданием осознал, что слышал щелчок дверного замка. Неопределенное чувство, находящееся где-то между страхом, злостью и осознанием неизбежности происходящего, смутно зашевелилось внутри. Как ни странно, внешней реакцией было полное спокойствие. Кай повернулся спиной к двери и оглядел ту часть комнаты, которая была освещена факелом. Какая-то часть массивной мрачной кровати с тяжелым бордовым балдахином, сундук с медными вставками, огромное зеркало в резной оправе… Комната была мрачноватой, но все-таки была другая причина, почему она казалась пугающей. Складывалось впечатление, что сюда не заходили еще дольше, чем во все прочие помещения, которые ему довелось видеть. Он тихо прошел вдоль стены, осматривая место своего заточения. Из-за двери раздавалось мелодичное пение, которое в данных обстоятельствах вполне можно было охарактеризовать как «леденящее кровь».
- Я хотел сказать, что я узнал тебя, - вернувшись к двери, Кай прижался к ней ухом и принялся стучать. – Рапунцель… выпусти меня отсюда. Я не собирался делать тебе ничего плохого… Позволь мне просто уйти…
«Хотя бы уйти» -  мысленно добавил он. Это было бы высшей милостью. Конечно, можно было бы попробовать выбить дверь ногой или действовать грубо, угрожать. Но Кай решил не искушать судьбу хотя бы по той простой причине, что у него-то при себе ножа не было. Поэтому голос его звучал ласково и кротко. Но это, похоже, принцессу совсем не волновало. Он еще несколько раз получал и позвал ее по имени и снова принялся ходить по комнате, освещая стены в поисках окна или какой-нибудь потайной двери. Ну должно же быть хоть что-то! И что-то в самом деле было.
В дальнем правом углу он разглядел шкаф, дверца которого была приоткрыта. Такова уж природа человеческого любопытства, что если глаз наш зацепится за что-то необычное, то мы непременно полезем узнавать подробности, даже если знаем, что лучше этого не делать. Кай поддался этой самой природе и едва ли не против собственной воли двинулся к шкафу. Сначала ему показалось, что это просто видение или игра света, но… в шкафу действительно висел скелет, одетый в платье. Голова его, а точнее ее, безвольно упала на плечо, уставившись на принца пустыми глазницами. Вскрикнув, Кай отскочил назад и выронил факел. За долю секунды пыльный старый ковер вспыхнул жаркой огненной дорожкой. Выкрикнув имя принцессы, юноша бросился к двери, отчаянно барабаня по ней кулаками и пытаясь в сбивчивых объяснениях передать суть происходящего в комнате заботливой тетушки Готель, по вине которой теперь не только ее покои, но и вся башня была под угрозой.

+2

9

Рапунцель быстро передалась тревога Кая, хотя о ее «очаге возгорания» безумная принцесса не догадывалась. Сперва она расстроилась, что гостю не понравилась тетушка Готель. Или он не понравился ей. Затем ей вдруг подумалось, что «незванец» хочет есть. Верно, верно! Прежде чем уложить кого-то спать, нужно кого-то сперва накормить. Рапунцель помнила законы гостеприимства, потому что старуха как-то о них рассказывала. Но в голове девицы все путалось так же, как и в ее волосах. В конце концов, законы законами, а всех гостей, дорогих и не очень, Готель гнала в шею, стоило им приблизиться к башне.
Принцесса намотала на палец локон и принялась в расстройстве жевать его. Чем можно накормить Кая? Что Кай ест? Открыть дверь и поинтересоваться у Кая лично Рапунцель не догадалась. Вместо этого она подобрала рваный подол платья и ринулась обратно на кухню искать ужин для Кая.
Недавно учиненный погром ее не смутил. Она подняла с пола черствый заплесневелый хлеб и спрятала за пазуху. Туда же отправились окаменелости сморщенных яблок. Рапунцель бегала по помещению без особой цели, хотя самой Рапунцель цель казалась наиважнейшей. В волосах принцессы запутались маленькие косточки, ветки и крошки.
Когда Рапунцель собрала все, что сочла необходимым (было слишком много лишнего мельтешения, но в самом деле барышня уложилась в пару секунд), громко топая она побежала наверх. Обратно к Каю. Принцесса вся сияла от гордости, что проявляет такую заботу. Отворив дверь в комнату, где она оставила своего «незванца», Рапунцель буквально влетела внутрь.
- Принесла Каю! Вот, смотри-смотри! – затараторила девица, но тут же замолчала. Руки барышни резко опустились, как у безвольной куклы. Все, что она держала, рухнуло на пол. Огонь приковал к себе ее взгляд. Пару долгих мгновений Рапунцель смотрела на него с каменным выражением на изможденном лице. Было не вполне ясно, понимает ли безумная суть происходящего. Затем она обернулась к Каю, нижняя губа Рапунцель задрожала.
- Зачем, зачем Кай это сделал? Прекрати! – неистово крикнула она и затопала ногами.

+1

10

Огонь, весело потрескивая, распространялся с фантастической скоростью. Куда бы Кай ни бежал, кажется, огненная дорожка специально следовала за ним, будто ничего важнее в ее жизни не было. Из недр старого шкафа насмешливо выглядывала черепушка тетушки Готель, будто хотела сказать, что так будет с каждым. Может и будет, если башня вообще переживет этот пожар.
- Рапу…
Очередная попытка воззвать к хозяйке дома была излишней, так дверь резко распахнулась, заставив незадачливого путника отскочить, и хозяйка влетела внутрь. Кай с радостью сказал бы ей все, что думает о ее гостеприимстве, но обстоятельства были не самыми подходящими, поэтому он счел более уместным со всех ног кинуться на выход. Уже на середине лестницы он услышал свирепый топот и уже знакомый ему до боли безумный плач. Секунда раздумий показалась вечностью. Его жизнь и без того находилась в страшной опасности, а вернуться туда означало подписать себе смертный приговор. Но бросить девушку в беде… Еще секунду Кай прислушивался в страстной надежде, что девушка сама одумается и побежит вниз, но судьба не решилась сделать ему такой подарок. Издав мученический стон, Кай побежал обратно.
Комната тетушки Готель уже полыхала во всю, но до Рапунцель огонь, кажется, еще не добрался. Прекрасно! Не тратя времени на выражение своих эмоций (хотя закричать на нее очень хотелось) Кай схватил принцессу за руку и потащил за собой вниз по лестнице.
- Если я когда-нибудь захочу убить человека и остаться вне подозрений, я просто посоветую ему съездить к тебе в гости, - ругался он, преодолевая бесконечные ступеньки.
Они все бежали и бежали, проделали уже больше половины пути, но Кай смутно чувствовал, что жар и сильный запах гари никуда не делись. Предположение осенило его мгновенно и прежде, чем обернуться, он взмолился всем богам мира. Тщетно.
- Волосы! Волосы!
Перепрыгивая через несколько ступенек, Кай насильно тащил девушку за собой, крепко держа за руку. Свободной рукой он открывал все попадающиеся на пути двери, пытаясь найти кухню или ванную комнату. Как назло проклятая башня состояла из миллиона всевозможных комнат, а нужные были в единственном экземпляре. Но вот она! Ванна! Вода капает из старого крана в виде чьей-то наполовину отколотой головы! Какое счастье!
Все еще сам не свой от волнения, Кай бросился к крану, но тот лишь глухо закряхтел, плюнул чем-то ржавым и затих. Основная проблема заключалась в том, что по горящим (благо, с конца) волосам Рапунцель было невозможно выбежать из комнаты ни ей, ни ее гостю. Однако внимание Кая привлек спасительный звук – что-то капало в углу комнаты. Лужа! Капало с потолка, вся стена у окна была сырой, а в углу образовалась приличная лужа. Впервые за это время отпустив руку девушки, Кай принялся перебрасывать ее волосы туда. Сделать это пришлось в несколько заходов.
Он повернулся к принцессе. Лицо его имело выражение человека, пережившего конец света как минимум трижды. Повисла многозначительная пауза.

+2

11

Повисла многозначительная пауза. Рапунцель сидела на мокром каменном полу, поджав под себя запутавшиеся в рваном подоле зеленого платья ноги. Она смотрела то на Кая, то на спасенные волосы…в луже, то на распахнутую настежь дверь. Звуки, запах и дым от пожара еще не добрались до этой части башни, поэтому тишину, в которую загнали себя гость и хозяйка, нарушало лишь мерное капанье воды поблизости.
Принцесса опустила взгляд на руки. Вернее, пристальному изучению подверглась только одна, правая, за которую Кай упрямо тянул Рапунцель. Чуть выше запястья отчетливо красовался покрасневший след от пятерни «незванца».
Девица снова посмотрела на Кая. Смотрела на него с совершенно не определенным выражением на лице. Было ли это выражение хоть чуточку осмысленным – тот еще вопрос. Так смотрят животные. Но и философы тоже так смотрят. К счастью или к сожалению, барышня не была ни вторым, ни первым.
Молчание затягивалось, отчего становилось едва ли не опасным. В любую подвешенную секунду Рапунцель могла вновь забиться в истерике (выраженной плачем, ором, полоумным смехом; в строгой очередности или единоличной вакханалией), напасть на Кая или попытаться убежать. Но принцесса не сделала ничего из этого. Аккуратным и методичным движением она намотала спасенные волосы на локоть, остановившись лишь раз, чтобы оценить ущерб.
- Не надо звать гостей. Не люблю, когда ходят в гости, - серьезно сказала Рапунцель, неожиданно построив почти стройный ряд из слов. Возможно, она могла бы сойти за нормальную. Но интонации малолетнего ребенка выдавали ее с головой.
- Идем, - принцесса взяла Кая за руку, но почему-то сразу же отпустила, несколько резко, будто в брезгливости. Развернувшись, свободной рукой Рапунцель подобрала рваный подол платья и вышла в коридор. Барышня прислушалась к огню, будто к запертому живому врагу. – Идем, - повторила она и пошла по направлению к своей светлице.
Разгромленная «хозяйская» встретила их свежим ветерком и прохладой. В отличие от остальной башни, здесь не был слышен запах сырости и тлена. Рапунцель по-своему многозначительно скосила взгляд в сторону окна – единственного выхода из башни.
- Уходи, - бросила она Каю. Подняла с пола ножницы и уселась на закрытый сундук. Вот так запросто, будто ее не волновал бушующий снизу пожар… конечно же, он ее совсем не волновал. Отвернувшись от «незванца», принцесса начала сосредоточенно состригать поврежденные концы волос. Или пытаться состричь, поскольку орудие труда оказалось безнадежно тупым. На миг она подняла голову. Хотела предупредить Кая, что веревка, по которой он поднимался в башню, гнилая и может не выдержать спуска. Но какая-то мелочная, сторонняя мысль отвлекла девушку. Рапунцель позабыла, что хотела сказать и продолжила свой бессмысленный труд.

+1


Вы здесь » Королевство сказок » Песни дальних странствий » «А дом-то, оказывается, сумасшедший!»